Музыканты, выросшие в Манчестере, твердо уверены: никто кроме манкунианцев (именно так называют себя жители этого города) рок’н’ролл играть в принципе не способен. Любая не-манчестерская группа вызывает у них ненависть, презрение или легкую снисходительную ухмылку, в зависимости от коммерческого и творческого успеха «конкурентов». Это можно считать наглостью, хамством или патриотизмом, граничащим с идиотизмом, но, с другой стороны…
За последние двадцать лет из манчестерских трущоб вышли на «большую сцену» десятки великолепных групп, играющих «новую музыку», ни один другой город туманного Альбиона такого урожая «звезд» не дал… Эти банды, состоящие из бывших чернорабочих, недоучек-студентов и простых уличных хулиганов, сделали «независимую сцену» такой, какая она есть сегодня. Не больше и не меньше, не лучше и не хуже. «Buzzcocks», «Joy Division», «Blue Orchids», «Smiths», «New Order», «Charlatans», «Happy Mondays», «Stone Roses», теперь еще и «Oasis» с «Black Grape» - список внушительный, но далеко не полный. Каждые пять лет манкунианцы ставили музыкальный мир с ног на голову, но только в восемьдесят девятом году критики начали всерьез обсуждать «манчестерский феномен». Главной темой этой «дискуссии» стала группа «Stone Roses». Ни трагическая судьба гениального Иэна Кертиса, вокалиста «Joy Division», больного эпилепсией и повесившегося после концерта, ни скандальные песенные утверждения Моррисси, лидера великолепной группы «Smiths», о том, что «Мясо – это убийство», не вызывали такой шумихи, такого изобилия бессвязных, восторженных панегириков, такого объема продаж, коммерческого успеха и скандалов.
К моменту выхода первого альбома «Stone Roses» независимая британская сцена (а это было в 1989 году) представляла собой крайне унылое зрелище. Обломки некогда великих групп...
К СОЖАЛЕНИЮ, В ЭТОМ МЕСТЕ КУСОК ТЕКСТА ВРЕМЕННО УТЕРЯН
...интерес: слишком уж эта четверка надменна и презрительна. На самом деле, газетчики совершенно не могли понять: почему «Stone Roses» не умирают от счастья, давая бесконечные интервью? Почему так неохотно и малословно отвечают на вопросы. В отместку на группу налепили массу ярлыков, заменили «недобитые» факты изобильными слухами. Эта мелкая, но назойливая мстительность журналистов будет преследовать группу на протяжении всей карьеры. Но пока никому из «борзописцев» не приходило в голову марать бумагу, расписывая очередную подвальную группу.
«Stone Roses» безумно много репетировали, сильно и долго шумели на концертах. В результате – человечество, по крайней мере та его часть, которая заселила Манчестер, начала постепенно просыпаться. Сначала у группы появились десятки, потом сотни поклонников, и вдруг оказалось, что их любимый склад, промозглое место и для концертов, и для репетиций одновременно – самое модное «помещение» в Манчестере. В те времена, когда многие нынешние поклонники «Каменных Роз» под стол пешком ходили (интересно было бы узнать: зачем?), стойкие манкунианцы играли несколько быстрее и агрессивнее, чем сегодня. Их ранние опусы (в достаточно достоверном виде) можно услышать на сборном диске «Complete», вышедшем в 1995 году. Два самых ранних шедевра «Stone Roses»: «So Young» и «My Celly Cinnamon» вернулись из небытия благодаря этому лонг-плею. То ли это была юношеская любовь к панк-року, то ли творческая неопределенность. Короче, «Каменные Розы» играли (или думают, что играли) нечто похожее на «Smiths». Естественно, что вокальные способности Брацна сильно уступают Моррисси, но по настроению «Stone Roses» вполне соответствовали «манчестерской традиции».
Надо сказать, что после распада «Smiths» манчестерская музыкальная сцена пребывала в некоем «сомнабулическом» состоянии. Не намного веселей, чем во всей остальной Англии: в клубах, где раньше признавали только живой звук, проводились дискотеки. Многие из не так давно считавшихся «модными» мест для организованного безделья просто прекратили свое существование. Прежние идолы манчестерской сцены окончательно и бесповоротно продались «большому шоу-бизнесу». Моррисси выпускал слащавые альбомы, которые могли вызвать у прежних поклонников «Smiths» только тошноту, «New Order» превратились в хорошую группу для дискотек и вечеринок – «лучший британский ансамбль для ног», имя Иэна Кертиса, его «атмосферное» восприятие музыки остались в «далеком» и тщательно забытом прошлом…
«Stone Roses» не только возродили прежнее величие «независимого» Ману (ласково-уменьшительное от «Манчестер»), они спровоцировали очередной всплеск музыкальной активности в этом великолепно-мрачном-грязном городе. Сначала они потеснили «готические группы», отобрав у них аудиторию, а потом появился новый стимулятор творческой деятельности: наркотик «Е» («Экстази»), называемый иначе «наркотиком любви». Модный Манчестер буквально охватила эпидемия. Совершенно неожиданно «Розы» оказались главными действующими лицами на этом «кислом карнавале». К их чести, они никогда не злоупотребляли этим зельем.
Мани Маунфилд: «Я проснулся как-то утром и понял: да я же на наркоте существую. Какого черта, я ведь не хочу загнуться до сорока. Мне еще детьми нужно обзавестись, так я и завязал».
Иэн Браун: «Я пробовал кокаин несколько раз и тут же превращался в мерзкого эгоиста, презирающего весь мир. Потом начинаешь ненавидеть себя и свои пакостные выходки. Вот уже несколько лет я и близко к «наркоте» не подхожу».
Как бы то ни было, но музыка, «выращенная в розовом саду», пришлась по вкусу молодым людям, ищущим «под кайфом» дополнительных развлечений. «Stone Roses» оказались родоначальником нового танцевального направления. Радужные брызги гитарных аккордов они сочетали с психоделически тягучей задумчивостью, а юношескую жизнерадостность органично сплетали с угрюмой, но дьявольски привлекательной харизматичностью. Самая подходящая смесь для рабочих кварталов Ману. Вслед за «Розами» на сцену полезли многочисленные «необстрелянные» банды. «Charlatans», «Inspiral Carpets», «Flowered Up» и, конечно же, незабвенные «Happy Mondays». Все эти группы так и не успели записать ни одного диска, а в газетах уже начали обсуждать культурологические и прочие малопонятные простому смертному аспекты «манчестерского» феномена. Рок-критиканы уже нашли подходящее обозначение для этой музыки – «пост-свинг», но «в общем и целом» реакция британских «шакалов пера» была недоуменной и даже слегка презрительной: «И что они нашли в этих однообразных, убогих группах?»
Но успех у публики – это великое дело, все признаки массовой истерии в манере «битло-стоунзо-мании» были налицо, в результате, в начале 1989 года «Stone Roses» подписывают контракт с фирмой «Silvertone» и начинают студийную работу. Их первый сингл – «Elephant Stone» («Слоновий камень») был спродюсирован еще одним апологетом «Экстази-культуры», бывшим гитаристом «Joy Division», а теперь лидером «New Order» Питером Хуком. Дебют «Stone Roses» на новом «лэйбле» состоялся в понедельник, 10 апреля 1989 года. Началась «розовая» эпоха. Группа чередовала бесконечные концерты со студийной работой, создав в конечном итоге «одиннадцать лучших песен в британской поп-музыке восьмидесятых».
Первый альбом был назван просто «Stone Roses». Язвительные британские рок-критиканы оценили его пятью-шестью-семью (из десяти возможных) баллов в своих рецензиях. Иэн Браун до сих пор посмеивается: «Это было очень забавно. Сначала ты читаешь во всех журналах, что наша банда записала средненький альбом, а через неделю все эти критики звонят тебе домой и начинают извиняться. Они, оказывается, не расслышали сразу, что мы пишем прекрасные песни и в общем-то «Stone Roses» - лучшая британская группа».
Песни, записанные на дебютном лонг-плее, сразу же стали классикой. Среди незабвенных композиций первого альбома: безнадежная, в чем-то беспомощная, но яростная «She Bangs The Drums», великолепная аллюзия на британскую поп-музыку шестидесятых «Watefall», простенькая и милая баллада «Elizabeth My Dear», вполне достойная пера Саймона и Гарфункеля и энергичная, но изящная психоделия «Sugar Spun». Но истинными вершинами альбома стали декларативные «I Wanna Be Adored» («Я хочу быть обожаем») и «I Am The Ressurection» («Я – воскресший из мертвых, и я – это свет»). Вот тут-то и началась газетная шумиха а общей стилистике: «Что это они себе позволяют, в конце концов!?» Но «Розы» были непреклонны и спокойны, даром, что каменные: «Нас называли надменными, потому что мы были самоуверенными, потому что любили людей. А журналисты, называвшие нас самовлюбленными хулиганами, писали не для людей, а для таких же злобных завистников, как и они сами» - заявляет Иэн.
Для четырех манчестерских парней это было прекрасное, просто сказочное время. Четырнадцать месяцев «Каменные Розы» купались в лучах славы. Их альбом и синглы раскупались с огромной скоростью, концерты собирали толпы обезумевших от счастья поклонников. Вся прогрессивная Англия начала одеваться а-ля «Stone Roses»: широкие штаны, спортивные «ти-шотки» в полоску, куртки на много размеров больше положенного, головные уборы для загонщиков скота, прически «под горшок». Имидж веселого, великовозрастного придурка. Тупой и еще тупее. Надо сказать, что с некоторыми незначительными изменениями эту «дебильную» стилистику, введенную Иэном Брауном, английские «независимые герои» используют до сих пор. Достаточно взглянуть на свеженькие фотографии «Oasis» или «Blur», где Лайам и Дэймон щеголяют в адидасовских кроссовках и необъятных «парках» и «онараках».
«Stone Roses» старательно придуривались, давали бесконечные интервью и концерты, понюхивали кокаин, в общем, вели нормальную для «суперзвезд» жизнь. Их поведение, бесконечные мальчишеские выходки давали изобильную пищу для газетчиков. Штатный фотограф группы Пенни Смит до сих пор смеется, вспоминая фотосъемки «Stone Roses». «Их невозможно было собрать вместе, кто-нибудь обязательно ударялся в загул, поэтому нам приходилось без конца что-нибудь придумывать». Так, на знаменитой фотографии, где Рени щеголяет в маске Микки Мауса, никакого Рении на самом деле нет. Просто первого попавшегося прохожего парня нарядили в маску, и съемка прошла на «ура».
Из унылого, полумертвого состояния британская рок-сцена за считанные недели перешла в состояние, близкое к истерии. Вслед за «Розами» на штурм вершин хит-парадов двинулись другие манчестерские группы. Британия буквально помешалась на «Счастливых понедельниках», «Шарлатанах» и «Ковриках». Главным культурным центром страны стал сырой и прокуренный клуб «Hasienda» - штаб-квартира нового движения. Появился термин «Madchester» («Мэдчестер»), обыгрывающий сходство между названием города и его безумным состоянием («mad» - сумасшедший, безумный). В газетах глубокобесмыссленно сравнивали Манчестер восемьдесят девятого года и Ливерпуль шестьдесят четвертого и старательно искали среди «великих манкунианских придурков» двойников Леннона и Маккартни.
Жизнерадостная манкунианская компания готовила новые музыкальные материалы. В начале девяностого года они выпустили сингл, сечтательную «Fools Gold», которая станет позже лучшим синглом года. Следом выходит «One Love» - фанковый прообраз их следующего альбома, но уже здесь в звучании «Stone Roses» чувствуется неуверенность, гитарные пассажи слишком затянуты и расплывчаты. Над бесшабашными «розовыми» головами сгущаются тучи. Абсолютно неожиданно «Stone Roses» начинают судиться со своей фирмой грамзаписи, причина – деньги. Идиллия для Брауна и компании кончилась, началась нудная эпоха «бракоразводных процессов». Заключая договор с «Silvertone», они были счастливы просто выпустить диск, и все финансовые аспекты контракта представлялись для «Stone Roses» нелепым бюрократическим изыском, которые, которые не могут (просто не должны!) иметь никакого отношения к их карьере.
На самом деле, распродав огромное количество дисков (где-то около десяти миллионов экземпляров), великие «Розы» оказались ненамного богаче каких-нибудь уличных музыкантов. Для «независимой» сцены такие истории – обычное дело. Продюсеры больших «лейблов» буквально прочесывают ночные клубы, подвалы и танцзалы Британии. Ими движут алчность и цинизм, единственный их талант – видеть среди сотен безвестных банд будущих звезд. «Stone Roses» еще легко отделались, другим группам повезло меньше. Иэн Браун: «Через несколько лет после этого ада я встретил на улице парня из «Happy Mondays». Вспомните, какие это были классные парни, как их все обожали, а теперь у него даже не было денег, чтобы купить кроватку для маленькой дочки».
«Розы» вступили в самую черную полосу своей истории. Еще в 1989 году у отца Мани начались проблемы со здоровьем. Он уволился, но оказалось, что даже «звездный мальчик» не способен оплатить его счетов. Маунфилд-старший вернулся на «трудовой пост» и в следующем году умер от инфаркта. «Это был какой-то кошмар. Полтора года я просто не мог прийти в себя».
Суд продлился около года, и естественно, что за это время они ничего нового не написали, не записали и не сыграли. Единственное направление, в котором развивались «Stone Roses», - это знание британского законодательства. После многочисленных, тягостных и нелепых судебных процедур «Stone Roses» все-таки выиграли процесс. Иэн Браун рассказывает: «Все решилось комично. Сын судьи оказался нашим страстным поклонником и долго обрабатывал папашу. В конце концов, мы сыграли в суде «I Wanna Be Adored», все убедились, что мы не какие-нибудь самозванцы, и процесс был выигран». Сейчас Иэни уже может улыбаться, вспоминая эту историю, но в те времена интервью группы были переполнены ненавистью и нецензурщиной в адрес «добрых дяденек».
Неделю спустя после окончания процесса на страницах «Music Week» директора фирм грамзаписи принялись в голос вопить о «позорном» исходе дела. Те же владельцы фирм грамзаписи обвиняли группы из рабочих кварталов в рвачестве, в том, что они сматываются из виду сразу по получении денег. Но «Stone Roses» было трудно пронять: «Да, мы воюем и будем воевать с их растреклятой промышленностью. Да, я тоже из рабочей среды, но никто из нас не рванул в Монте-Карло, за все это время я проиграл ровно пять фунтов».
Новый выбор «Stone Roses» - компания «Geffen A&R», имеющая большой опыт по длительной работе со звездами индепендента. Еще до окончания судебного разбирательства, в апреле 1991 года, они подписали контракт. Но общее состояние у группы было отнюдь не розовое. После не слишком удачного сингла «One Love» группа отправляется в Уэльс, где проводит десять недель в передвижной студии «Rolling Stones» вместе с продюсером Джоном Лекки. Результат этих двухмесячных бдений оказался неутешителен. Крайне скромные по качеству и исполнению четыре песни. Две из них были сразу же признаны «негодными к дальнейшему использованию». В конечном итоге, до уровня продюсирования была доведена одна-единственная вещь, обошедшаяся в сорок две тысячи фунтов. Новая фирма грамзаписи предложила «Stone Roses» заменить продюсера на легендарного Джон Пол Джонса, бывшего басиста «Led Zeppelin». Группа отказалась от его услуг.
Но в отличие от своих предшественников, руководители «Geffen» вполне доверяли манкунианским шалопаям. Они с радостью выплатили им аванс в размере двух миллионов фунтов и приготовились ждать, пока «Stone Roses» оправятся от шока. И все четверо музыкантов с неменьшей радостью взялись решать свои собственные проблемы. Иэн Браун поехал путешествовать по Европе. «Из окна гастрольного автобуса трудно увидеть мир». Для начала он посетил Рим, где с благоговением (!) вступил на древние плиты Колизея. Потом он отправился в Венецию, взглянуть на дворец Дожей. Следующим пунктом в его маршруте была Барселона. «Я хотел посмотреть, откуда Колумб, подняв паруса, отправился на завоевания. Мне было ужасно интересно почувствовать себя на месте этих мужественных, безрассудных людей».
Немного развеявшись, Иэн вернулся в Манчестер, благо, и здесь у него нашлись дела. Во-первых, его семейство пополнилось. Появился на свет Браун-младший. В связи с «изменением семейного положения» Иэн перебрался из Манчестера поближе к природе. Он продал дом в Сэлфорде и купил маленький домик где-то в Уэльсе. Адрес, естественно, остался неизвестным. В газеты, со слов Брауна, просочилась информация о том, что это маленькая старая деревушка в сланцевых горах. От Манчестера – два часа пути и дикая нетронутая природа. «Там до сих пор жгут уголь в печах и из окна видно море». Похоже, что для Иэна Брауна времена «Мэдчестера» и круглосуточных безумств в «Гасиенде» ушли в безвозвратное прошлое. Теперь он возит ребенка в новый дом, самозабвенно занимается воспитанием отпрыска, пичкает его музыкой и приступает к своей прямой работе только после семи часов вечера.
С Аланом «Рени» Вреном произошла забавная, отчасти нелепая история. Он тоже становится отцом. Он уже был давно женат, у Рени подрастали двое мальчишек, и никаких «прибавлений» не планировалось. Неожиданно в бульварных газетах замелькали «сенсационные» сообщения: «Тайная дочь звезды-миллионера». Рении ухмыляется: «Никто из нас не стал миллионером, даже на 10 процентов». И это правда, у Иэна на счету восемь тысяч фунтов, у рении – около трех, у Мани – и того меньше, у Сквайри примерно столько же.
Но вернемся к неожиданно нашедшейся дочери Рени. Оказывается, она родилась после какой-то случайной связи и прекрасно жила до девяти лет в Манчестере с матерью. Теперь, когда правда открылась, девочка бегает от репортеров, а ее мама уволилась из бара, где работала, чтобы не отвечать на бесконечные расспросы. Рении сравнил код ДНК, и вся эта невероятная история оказалась правдой. Теперь он разрывается между семьей и «новообретенной» дочерью, таскасет ей деньги и бесконечные подарки. Рении устроил дома в Манчестере скромную четырехдорожечную студию, где и начал писать собственные песни с помощью синтезатора, гитары и пережил развод своих родителей.
Гэри «Мани» Маниунфилд тяжело переживал смерть отца и болезнь матери. Из «гнусной» он постепенно превращался в «мягкую» розу. Мани прекратил устраивать потасовки по поводу и без повода, стал меньше пить и полностью завязал с «дурью». Он все-таки отправил мать на пенсию («Наконец-то я вытащил ее из этой крысиной гонки»), влюбился и тоже ждет пополнения в семье. Мани старательно занимался музыкой и считает себя сейчас лучшим басистом в мире. «Самые классные музыканты играли анонимно в соуловых бандах».
Джон «Сквайри» Сквайр тоже обзавелся ребенком, у него уже трехлетняя дочь. Гитарист «Каменных роз» сидел почти все время в своем маленьком коттедже. Здесь у него всего одна спальня и крохотная кухня. Вся квартира завалена гитарами, аппаратурой, синтезаторами и прочим музыкальным барахлом. Он уже несколько лет собирается разобрать свои завалы и переехать куда-нибудь подальше от центра города, где будет попросторнее. Как главный «творческий двигатель» группы, он активно занимался сочинительством и «самокопательством».
Все это время музыканты не давали интервью, не появлялись на экранах и все, что газетчики «выуживали», разбухало до огромного размера, деформируясь в самые нелепые слухи. Ян Браун превращался попеременно в наркомана, смертельно больного, помешанного на здоровье, растолстевшего, не слезающего с велотренажера и так до бесконечности… Сквайри был принят в отряд астронавтов НАСА, потом неожиданно заболел СПИДом… Мани выцарапал из «Geffen» фантастических размеров аванс, купил ферму в Уэльсе и занялся торговлей недвижимостью… Рении уехал в Лос-Анджелес, где ил в грехе с Джонни Деппом. Бессмысленно даже перечислять, сколько раз группа за это время «распадалась» и каждый раз – «окончательно и бесповоротно».
Все это время фирма грамзаписи никоим образом не нажимала на «Stone Roses» и оплачивала все счета. Руководство «Geffen» вежливо интересовалось, как продвигается работа, и уверяла великолепную четверку, что если понадобится еще пять лет – «Розы» их получат без всяких дополнительных условий.
Первая неудачная попытка сделать диск была предпринята в июле девяносто третьего. Все с треском провалилось. Дон и Иэн регулярно собирались в студии, чтобы наконец-то заняться совместным творчеством. Они дружно отлынивали от работы, бренчали на гитарах и никаких новых песен писать не собирались. В конце концов, сроки начали поджимать, и стало ясно, что работать так, как они хотят, не получится. Джон Сквайр заперся и начал работать в одиночку. Но от написания песен до окончательного сведения – очень длинный, тернистый путь. И волей-неволей в начале 1994 года группа в полном составе соизволила собраться в студии, чтобы поработать над сырым материалом.
Никаких остатков «манчестерского»безумия в Британии уже и в помине не было. Разорилась самая знаменитая манкунианская фирма «Factory», закрылась знаменитая «Hasienda». Самыми модными группами города стали легенькие и незамысловатые «M People», «Urban Cookie Crew», «Sub Sub». Правда, как и пять лет назад в подвалах назревал новый взрыв, но на этот раз он носил название «Oasis». А два главных героя британской сцены – изысканный «бисексуал» Бретт Андерсон из группы «Suede» и веселый придурковатый наследник «Kinks» Дэймон Албарн из «Blur». На подходе были «Elastica», «Therapy?», «Sleeper», «Weezer», «Radiohead», «Menswear» и еще десятка полтора прекрасных групп. Пресса начала поговаривать о «возрождении британской поп-музыки». После смерти Курта Кобейна утихала грязная гранжевая истерия.
Казалось бы, Второе Пришествие «Каменных Роз» (а именно так – «Second Coming», назывался их долгожданный альбом) пришлось как нельзя кстати… Вот только работа у «Stone Roses» поначалу пошла крайне медленно. Сказывался затянувшийся и не слишком творческий отпуск.. Принимались многочисленные решения, которые тут же менялись или попросту не выполнялись. Но все музыканты прекрасно играли и с гордостью рассказывают о пленках, где целыми ночами они импровизируют на классические блюзовые и соул-темы. «Черт подери, да ни у одной современной группы нос не дорос до такого уровня», - скромно заявляет Джон Сквайр. Ритм-секция была просто выше всяких похвал, и в конце концов, за шесть месяцев дьявольски трудной работы альбом был практически готов. «Все это время мы вкалывали днем и ночью, и только теперь я могу сказать, что на самом деле узнали друг друга как музыканты», - сказал по этому поводу Мани.
Как и на дебютном лонг-плее, авторами песен были проставлены Джон Сквайр и Иэн Браун, но ритм-секцию это, похоже, нимало не беспокоило. И Мани, и Рении, по их словам, только еще «входят в сферу написания песен» и твердо уверены, «что Дон – лучший композитор Британии за последние восемь лет». По крайней мере, газетные слухи о том, что ритм-секцию намеренно отстраняют от сочинительства – очередная нелепая утка. В будущем «Stone Roses», скорее всего, пойдут по пути «ливерпульской четверки», и по мере развития группы самостоятельные творческие поиски музыкантов будут только поощряться.
Работа в студии над изначальными материалами «Second Coming» значительно отличалась от атмосферы конца восьмидесятых: совместное обсуждение идей, при котором все предложения, независимо от того, кто их автор, «рассматривались» самым внимательным образом. И все же настоящим лидером группы был и остается Сквайри. Иэн Браун: «Джон приносил песни и говорил: - «Смотрите, что у меня получается». Кое-что мы, конечно, переделывали, но пара вещей была так хороша, что мы не изменили в них ничего».
Работа над вторым диском дала всем четверым полную уверенность – каждый имеет кредит на написание собственных песен.
Пятилетнее забвение сильно повлияло на стилистику м содержание «Second Coming». И хотя Дон Сквайр утверждает, что ничего неприятного с ними за это время не произошло, каждый из «каменных роз» пережил свой личный кризис. Быть может, поэтому «саунд» второго диска стал жестче, быть может, и мрачнее. Группа даже заслужила сравнение с «Led Zeppelin».
Мани: «Нас часто сравнивают с ними в рецензиях. Наверное, из-за хриплого, грязного строя гитар и мощной ритм-секции. Им всегда надо за что-нибудь зацепиться, но мы сделали свое звучание сами».
Да уж, это точно. И хотя композиции «Second Coming» были названы расплывчатыми, размытыми, или попросту сырыми, это ложное впечатление. Пусть подавятся все британские критики, писавшие об этом. Они ждали возвращения вздорных хулиганов, а услышали размышления людей, переживших не один кризис. Дон Сквайр считает, что на самом деле альбом получился слишком интровертивным, глубоко личным.
«Если раньше мои тексты были посланием внешнему миру, то теперь они в равной степени адресованы и слушателям, и нам самим. Быть может, по большей части, мне лично».
«Обнаженные нервы» - вот, пожалуй, лучшее определение для лирики «Second Coming». Личные дилеммы музыкантов и прежде всего «внутреннее перепутье» Сквайри явно документированы на этом диске. Герои «Второго пришествия» - люди, погрязшие в проблемах и испытаниях, люди в «безвыходных» ситуациях, которые больше всего нуждаются в «крепкой веревке». «Наша любовь, девочка, проходит сквозь испытания, не знаю, ив ли я до сих пор» - поет своим рокочущим манкунианским говором Иэн Браун в песне «Tears» («Слёзы»), последней из записанных для альбома. Как это не похоже на жизнерадостное «Я хочу быть обожаем» с дебютного альбома. Для Сквайри написание этих песен, по его собственным словам, было тяжким испытанием, своеобразным очищением. «Есть что-то неприятное в необходимости проходить этот общественный анализ. Обнажаться полностью публично. При появлении идеи песни хочется отправить ее в мусорную корзину, а не доводить до конца. Кажется, я возвращаюсь к вечному поиску любви, не знаю, найду ли я ее. Ну, я немного чокнутый в этом вопросе».
В конце 1994 года тягостная подготовка ко «Второму пришествию» была закончена. Вся запись обошлась в сумму около двух миллионов фунтов. Для «разгона» был выпущен сингл «Love Spreads» («Любовь разливается»), принятый крайне благожелательно. Вслед за ним появилась вызывающе сексапильная «Ten Storey Love Song» («Любовная песня на десятом этаже»), забравшаяся на верхние строчки «инди-чартов».
И вот наконец, пятого декабря, на прилавках магазинов появился долгожданный второй альбом «Stone Roses». Для «раскрутки» группа дала единственное интервью для «Big Issue». Собравшись вместе, музыканты с неповторимым манкунианским акцентом пробормотали нечто вроде «Мы полностью удовлетворены тем, что сделали. Все остальное не имеет значения» и долго забавлялись – «Мы записывали этот диск дольше, чем продолжалась Вторая мировая…».
Естественно, что журналисты этими высказываниями удовлетворены не были. Их прежние «приятели» из музыкальных изданий, как и в конце восьмидесятых, обвинили «Stone Roses» в надменности и черной неблагодарности. «В конце концов, ведь это мы вывели их на вершину, и вообще – какого-черта-что-эти-парни-о-себе-воображают?»…
![The Stone Roses, Paris, la Cigale, 4th June 2013](fotos/stone-roses-2013.jpg)
|
Все журналы сухо отрецензировали альбом, поставив шесть из десяти возможных баллов. «Stone Roses» были несколько разочарованы, но для них эта история была не в новинку.
Иэн Браун: «Перед самым Рождеством я попал в Лондон. На улицах ко мне подходили толпы людей и успокаивали: «Не слушай ты их, Иэни, это классный диск, ничуть не хуже первого. Плюнь ты на этих журналистов».
«Каменным розам» и без того было плевать на журналистов. Громовое безразличие, образовавшееся после выхода «Second Coming», не заставило их разочароваться в собственных силах. Максимум, что они захотели бы изменить – это несколько ритмических партий ударных, вокал в одной из песен («Driving South» - “Двигаясь на Юг»), линию баса в «How Do You Sleep» («Как тебе спится») и сделать немного потемнее обложку альбома. Да, их действительно не было слишком долго. Прежние поклонники «Stone Roses» повесили мешковатые одеяния в чулан и копили деньги на очередные телевизоры и холодильники. Новая аудитория была поделена между «Blur» и «Oasis», а про «Stone Roses» современные подростки и слыхом не слыхивали. Своим прежним кумирам остались верны тридцатилетние поклонники, молодые британские интеллектуалы, которые никогда не слушают музыку только потому, что это модно. Они приняли «новых Роз» с распростертыми объятиями.
Первая фирма грамзаписи «Stone Roses» - «Silvertone» тоже немало порадовалась «Второму пришествию». У «Silvertone» остались авторские права на прежние опусы группы и, воспользовавшись интересом к свежим «Розам», «добрые дяденьки» быстренько склепали сборник из синглов, B-side, не издававшихся вещей и великих хитов 89-90 годов. К большому огорчению группы, их прежние песни вызвали гораздо больше интереса, чем «Second Coming”. Альбом «Complete», выпущенный «Silvertone», прочно обосновался в верхних строчках независимых хит-парадов, а переизданный сингл «Fools Gold’95» несколько недель держал первую позицию.
Так все же теперь, когда «Stone Roses» вернулись, можно ли ответить: кто они теперь, чего хотят, куда идут?
Прежде всего – они помолодели. Здоровый образ жизни делает свое дело. Мани: «Мы старались следить за собой, сохранять форму. Теперь я готов прожить до ста двадцати лет».
Иэн Браун выглядит сегодня как младший братишка самого себя в 1989 году. Короткая стрижка, костюмчик роллера, жидкий зеленый чаек и заговорщицкая улыбка. Он до сих пор уверен: «Нет ничего проще, чем стать шишкой на ровном месте». Его высказывания фантастически и очаровательно противоречивы, как и любимая им Библия.
Джон Сквайр непрерывно хандрит, из-за него пресс-конференции и интервью бесконечно переносятся изо дня в день, с материка на материк. Он единственный, кто использует свою хандру «в мирных целях». Благодаря его усилиям практически готов следующий альбом, но выпускать его до 1996 года «Stone Roses» не намерены.
Перед следующим «студийником» группа намерена выпустить «живой» альбом. После этого, до конца века все расписано – каждый год по одному альбому. Но уже без Рении. К огромному сожалению поклонниц, он покинул группу. По слухам, Алан «Рени» Врен начинает сольную карьеру, разочаровавшись из-за провала «Second Coming».
У Иэна есть уже двадцать готовых «текстовых половинок». Каким будет новый альбом?
Иэн Браун: «По крайней мере, там не будет этой дурацкой попсы. Скорее всего, чертов джаз или фанк. Надо в конце концов научиться писать настоящие песни. А то запишешь что-нибудь и страшно доволен, пока не получится на самом деле хорошая вещь. Вот и думаешь, неужели мы собирались выпускать эту чушь?».
Сквайри: Не собираюсь я выпускать никаких фанковых альбомов и песен таких писать не буду».
В общем и целом, «Каменные Розы» так же самоуверенны и так же противоречивы в своих словах и поступках, как и пять лет назад. Несмотря на скромный успех «Second Coming», сдаваться они не намерены. И, как в девяностом году, выйдя на сцену перед тридцатью тысячами поклонников на «Spike Island», Иэн и сегодня готов проорать: «Время пришло, ребята! Делайте это сейчас!»…
Впрочем, может быть, проорать он не очень-то сможет. Перед началом тура 1995 года у него были серьезные проблемы с голосом. Их первые выступления в апреле вызвали недоумение и разочарование. Лучшим участником группы все сочли нового ударника Роберта Маддикса, отметив также прекрасную игру Джона Сквайра. Ему не повезло следующему. Незадолго до престижнейшего фестиваля в Гластонбери, где «Stone Roses» числились среди «хэд-лайнеров», Сквайри ломает ключицу. Разочарованные поклонники заваливают группу факсами и телеграммами, в которых сочувствие перемешано с возмущением. Даже «надменный» Иэн Браун кажется напуганным: «Эти события отбросили нас назад, к годам забвения».
Впрочем, «Розы» быстро оправились, Сквайр выздоровел и на ирландском «Фэйли-фестивале» они сполна наверстали упущенное. Их успех был ошеломляющим, «Stone Roses» затмили даже супермодных «Blur». Боги, даже если это боги «индепендента», не падают с велосипедов. Даже если это такие взбалмошные боги, как «Stone Roses».
Теперь они твердо намерены завоевать Америку. Правда, и в этом они проявляют удивительную смесь самоуверенности и непостоянства. Их здесь знают и любят, но очень странною любовью. Когда в начале 1995 года «Stone Roses» торчали на Западном побережье, в Лос-Анджелесе, Иэн Браун получил странный подарок от странного поклонника. Все пятьсот телеканалов города кричали о деле «OJ Simpson» (О-Джей Симпсона). А сам герой знаменитого процесса подарил Иэни автомат «Узи», привезя его в обычной сумке, «оплавленный немного, но совершенно рабочий», - рассказывает Иэни. – Он и сейчас у меня дома, но я бы не хотел, чтоб его увидел мой сынишка. Это плохая игрушка».
«Почему ни одна английская группа не имела успеха в Штатах за последние десять лет? – горячится Браун. – Все дело в том, что ни одна из них ничего не стоит. Сейчас Америка перед нами, если мы захотим – она наша».
А с другой стороны, «Stone Roses» разрабатывают огромный план мероприятий, а потом одно за другим их проваливают. То просто никто из группы не приходит, то они невнятно бормочут на непонятном для американцев диалекте. Привычная смесь из страстности и напора против капризности, неуклюжести и небрежного отношения к собственному успеху.
Единственное, что придает уверенности их поклонникам и самим музыкантам – их легендарная самонадеянность.
«Даже в самые трудные времена мы были самыми самоуверенными парнями в мире. Настоящими шишками на ровном месте».
Илья Сульдин
Опубликовано:
14 марта 2016 г.
Обновлено:
12 июня 2018 г.
Закончено:
17 сентября 2018 г.
|