![](../files/starkis.gif)
Журнал "Музыкальная жизнь", № 11, июнь 1964 г.
Марлен Дитрих
Эстрада
Стр. 22-23
К этому концерту нельзя подходить с традиционными рецензентскими критериями - пусть даже самыми объективными. Рассуждения об исполнительской манере, о стиле, о построении программы кажутся просто ненужными. Все это, конечно, налицо : и обаятельная манера держаться, и стиль пения - строгий и вдруг чуть-чуть наивный, и своеобразная, не жанровая, а биографическая архитектоника концерта. Но не об этом хочется думать во время выступления Марлен Дитрих. Потому что весь концерт - не что иное, как два часа близкого духовного общения с личностью художника и человека. Причем художника неизмеримо талантливого - ведь недаром же Марлен Дитрих называют порой «актрисой номер один» мирового кино, как Чаплина - «актером номер один». А человека - судьбы нелегкой и драматичной.
К этому концерту нельзя подходить с традиционными рецензентскими критериями - пусть даже самыми объективными. Рассуждения об исполнительской манере, о стиле, о построении программы кажутся просто ненужными. Все это, конечно, налицо : и обаятельная манера держаться, и стиль пения - строгий и вдруг чуть-чуть наивный, и своеобразная, не жанровая, а биографическая архитектоника концерта. Но не об этом хочется думать во время выступления Марлен Дитрих. Потому что весь концерт - не что иное, как два часа близкого духовного общения с личностью художника и человека. Причем художника неизмеримо талантливого - ведь недаром же Марлен Дитрих называют порой «актрисой номер один» мирового кино, как Чаплина - «актером номер один». А человека - судьбы нелегкой и драматичной.
Об этом и думаешь весь вечер. Об актрисе, чей талант не смогли приручить ни нацистские идеологи, ни голливудские бизнесмены. О женщине, утратившей однажды родину, но не потерявшей мужества, не разучившейся любить.
Песни Марлен Дитрих - то сложные, то простоватые и бесхитростные, то изящные, - помимо чувств и ассоциаций непосредственных, так сказать, «первого плана», пробуждают в нас мысли непреходящие и серьезные. Так оно и должно быть, ведь эстрадное пение для Марлен Дитрих - не профессия, не самоцель, не забава, а одно из испытанных средств выражать свое отношение к миру, к обществу, средство общаться с людьми.
Она прекрасно умеет делать это и в кино; вспомните «Нюрнбергский процесс» - роль жены нациста сыграна ею предельно реалистично и вместе с тем истинно публицистически, с самых высоких гражданских позиций.
Однако кино есть кино; здесь все неизбежно подчиняется общему замыслу фильма, правде образа.
Иное дело - песня. Вот где можно выходить к зрителям с открытой душой, где можно «впрямую» говорить все, что думаешь и как думаешь.
Марлен Дитрих поет... И, слушая ее, поражаешься, как удается актрисе наполнить неприхотливую и не всегда совершенную форму эстрадной песенки большим и волнующим содержанием...
Марлен Дитрих говорит, что собрала свои песни в пути, в пути творческом и жизненном. Эти слова многое объясняют в ее искусстве. За мелодиями из старых кинофильмов мы ощущаем и на эстраде драматизм созданных Дитрих героинь, постигаем сущность их образов - искренность, доброту, ум. Да и «чужие» песни, которые исполняет Дитрих, давно уже сделались ее «собственными» - она «подбирала» их в разных странах мира именно потому, что они во многом соответствовали ее мироощущению.
За каждым номером программы концерта - страничка биографии (словно листок из старого календаря, личного и общечеловеческого), и актриса сама рассказывает об этом перед каждой песней. Она говорит и поет на трех языках: на родном - немецком, на английском и французском. Не ради щегольства, а потому, что с Америкой и Францией актрису связывают годы, прожитые вне родины.
В конце концов неизбежно приходишь к выводу, что концерт Марлен Дитрих - это история в миниатюре, история страданий и борьбы западноевропейского артиста первой половины XX века. Вот песня Ф. Ваксмана и М. Хольпэта «Одиночество». Чье это одиночество? Только ли той изверившейся в любви женщины, о которой Марлен Дитрих поет печально и просто? Или, быть может, речь идет и об одиночестве артистки, которая оставила поруганную нацистами родину, но так и не нашла счастья за океаном, где ценили ее утонченную красоту, но редко понимали широту ее интеллектуального актерского таланта.
...Да, так и было. Марлен Дитрих, слава немецкого кино - белокурая, голубоглазая, вполне «арийская» «звезда» уехала из Германии, когда фашисты захватили власть. И не как-нибудь уехала, а демонстративно, объявив журналистам, что стыдится быть немкой, пока у власти в Германии Гитлер. Нацисты пытались сделать «хорошую мину при плохой игре» - они звали актрису обратно, будто бы ничего и не произошло. Она смеялась им в лицо, обидно и уничтожающе, как умеет смеяться Марлен Дитрих...
Или вот - другие песни. Это довоенная Америка - внешне беспечная и немного экзотичная для европейцев. Это простые люди Америки - радушные и веселые. За несложными ритмами фокстротов, за будничными подчас текстами актриса умеет разглядеть поэзию простых человеческих радостей, прелесть юмора и непринужденных, «без чинов», отношений. И сегодня эти мелодии напоминают о тех днях, когда Марлен Дитрих выходила на эстраду не в ослепительном вечернем туалете, а в строгой одежде защитного цвета. Она пела для солдат союзных армий, и выступления ее были утверждением радостной человечности, несовместимой с существованием фашизма... Да, искусство таких художников, как Марлен Дитрих, несовместимо с дискриминацией, унижением человеческого достоинства. Их искусство учит жизнелюбию, гуманизму, радостнопоэтическому восприятию жизни. Этими чувствами пронизаны все песни, которые поет актриса, даже те, что полны глубокой грусти.
Жозеф Косма написал музыку к одному из самых известных стихотворений Жака Превера - «Завтрак». Эта миниатюра, легкая, как акварель, в то же время глубоко трагична. Марлен Дитрих прекрасно передает и светлую, оптимистическую в своей сущности тональность преверовской поэзии и музыки Косма, касающихся такой печальной темы, как боль неразделенной любви. В песне Жильбера Веко «Мари» Марлен Дитрих разыгрывает перед нами настоящую драму отчаяния. И все-таки, в силу своего удивительно активного отношения к жизни, она и тут не оставляет слушателей подавленными, а, наоборот, беспокоит, заставляет не столько тосковать, сколько думать.
Думать... Вот этого-то ей и не хотели простить. Уже после войны в Гамбурге какие-то недобитые эсэсовцы свистели и орали во время концерта Марлен Дитрих. Они быстро свыклись с американскими солдатами на улицах, но не могли видеть немецкую актрису, призывавшую людей оставаться людьми. Да и в официальных кругах ФРГ актрису до сих пор порицают как «плохую патриотку». Она действительно «плохая патриотка» с точки зрения немецких реваншистов: ей слишком дорог мир на земле. Мы убедились в этом, слушая, как Марлен Дитрих поет известную песню Пита Сигера «Где все цветы?». Эта песня жестока, потому что в ней вся правда сказана до конца. Увядшее - не расцветает. Девушки, о которых мечтали одни, стали женами других. Парни, которые ушли под грохот барабана, никогда не вернутся. Что ж поделаешь, цветы не расцветают во второй раз... В устах Марлен Дитрих эта песня звучит горько, беспощадно. Беспощадно - к войне, к несправедливости, к горестям жизни.
...После первого концерта в Москве Марлен Дитрих сказала: «Я люблю русских. Вам не знакомы мелкие, «нейтральные» эмоции. Вы или жестоко страдаете, или безмерно радуетесь. Я считаю, что у меня тоже русская душа».
Это приятно слышать, но скажем точнее: у вас душа настоящего человека, Марлен Дитрих.
Ан. Макаров
Фото В. Ахломова
Опубликовано:
22 ноября 2016 г.
|
|
ЛИСТАЯ СТАРЫЕ СТРАНИЦЫ
|