Текст:
Д. Айболитов
Стр. 52
Наконец-то Роберт Смит, бессменный лидер группы «Cure» похудел. Глядя на почти стройного, без следов косметики Боба, хочется верить, что его лекарство, которым он потчует своих поклонников уже восемнадцать лет, помогло и ему самому. Еще пару лет назад он был похож на размалеванного, длинноволосого Карлсона, обожравшегося плюшек и потерявшего спьяну свой пропеллер. Но теперь этот персонаж навсегда ушел в прошлое. Восемнадцать лет - немалый срок, но Роберт Смит даже сегодня вряд ли сможет толком объяснить, что же такое в его понимании знаменитые «Cure».
- Мне уже надоело говорить и думать об этом. Да, я хорошо знаю, что «Cure» великая группа, но мы устали бесконечно объяснять - почему?
Альбом «Wild Mood Swings», вышедший весной этого года, не только не дал ответа на этот вопрос, но и еще больше запутал ситуацию. Он звучит достаточно независимо во всех отношениях, и если вы - оптимист, то можете решить, что Роберт Смит и компания не до конца исчерпали свой готическо-гротескный потенциал. Если вы - пессимист, то вправе заявить, что эти взрослые дяденьки никак не хотят расставаться со своими любимыми игрушками. Ну а если вы все-таки реалист?
Для самого Роберта Смита два главных лекарства - спиртное и еда. Судя по высказываниям, эти темы интересуют его гораздо больше, чем собственное творчество. О хлебе насущном во всех его проявлениях Боб готов говорить бесконечно. Он очень любит свой желудок и всячески заботится о его наполненности и комфорте. Некоторые, наиболее любимые блюда Роберт Смит придумал сам. Для поклонников «Cure» и любителей кулинарных экспериментов его рецепты могут быть небезынтересны. Все эти блюда не слишком замысловаты, но достаточно экзотичны и неожиданны. Например, замороженные апельсины в стакане с натуральным лимонным соком или рис, сваренный в молоке, посыпанный сверху сыром и приправленный острым соусом чилли (бр-р-р-р!).
Что касается крепких напитков, то здесь в последние годы Роберт сильно сдал позиции. Еще несколько лет назад он не мог творить, предварительно не употребив внутрь пару бутылок водки, а любые напитки, слабее пива, вызывали у него недоумение. Теперь он достаточно сдержан, хотя в трезвенники записываться не собирается.
- Все наши неудачи были связаны только со спиртным, - говорит Роберт, потягивая белое итальянское вино. - Я помню наш самый отвратный концерт. Это было во время английского тура в 1985 году. Вечером мы сильно нагрузились пивом, потом перешли на виски. С утра мы слегка лодзаправились, поиграли в футбол, а потом засели в пабе. К началу концерта вся группа была пьяна невменяемо. Когда мы вышли на сцену и начали играть, я был просто в шоке. Каждый из музыкантов сам по себе был хорош, инструменты звучали великолепно, но каждый играл что-то свое. И все вместе это было отвратительно.
Правда, сторонние наблюдатели в неудачах «Cure» обвиняют самого Роберта. Его вздорный и неуживчивый характер привел к тому, что в сегодняшнем составе группы из «Cure» первого набора остался один только Боб. Весь прошлый год он судился со своим бывшим ударником Лолом Толхерстом. По условиям первого в жизни «Cure» контракта, он и Роберт Смит имели равные авторские права и соответственно получали равное количество денег. Потом вокалист «Cure» счел это несправедливым, и началась длительная судебная тяжба. В конце концов Боб выиграл, но этот нудный процесс вырвал его из рок-н-ролльной жизни почти на год. Музыканты, когда-то игравшие в «Cure», не таят зла на своего строптивого лидера и всегда остаются добрыми приятелями. В конце концов, благодаря «Cure», они заработали имя и на бирже труда им делать нечего.
Но вот критики и поклонники непрерывные изменения состава не одобряют, называя группу «Роберт-Смит-и-еще-кто-нибудь-кто-умеет-играть».
- Я не хочу сказать, что роли всех музыкантов в составе группы равны - кто-то делает больше, а кто-то меньше. Но мы - не Роберт Смит и сопровождающий состав, «Cure» - это группа, хотя бы потому, что без этих людей я никогда бы не смог играть,
- оправдывается Роберт.
Его резкий и пристальный взгляд, без малейшего признака симпатии заставляет собеседника беспокойно ерзать на стуле. А может, это просто старательно наложенный макияж делает из пухлого симпатяги Боба мрачную, демоническую личность.
- Я, честно говоря, даже не помню, когда мне впервые пришло в голову накраситься перед концертом. Намалевать губы кроваво-красной помадой, а потом размазать ее по лицу. Наверное это было в 1982 году. Да, вполне возможно.
Когда в 1978-м Роберт вместе с первым составом группы перебрался из городка-сателлита Кроули в Лондон, он носил длинные волосы, матросскую фуфайку (в простонародье - тельняшку) и пел невразумительно-наивные песни. Сначала его группа называлась «Easy Cure» и состояла всего из трех человек - ударника Лола Толхерста, басиста Майкла Демпси и самого Роберта Смита, совмещавшего обязанности певца и гитариста. Потом трио сократило название до «Cure» и начало играть в многочисленных панк-клубах Лондона. На одном из своих первых концертов они играли вместе с Joy Division. Некромантическая аура, излучаемая Яном Кертисом, произвела на Роберта сильное впечатление, и через некоторое время, явно подражая «Подразделению радости», «Cure» становятся сумрачной готической группой.
Но еще до этой трансформации они выпустили дебютный альбом, очень серьезный и наивный одновременно. Лучше всего этот диск характеризует песня «Boys Don`t Cry» («Мальчики не плачут») - простенький гимн молодых шалопаев, играющих в экзотическую взрослую жизнь. За эту свою детскую экзотичность «Cure» расплатились сполна. Их песня «Killing An Arab» («Убивая араба») была буквально разгромлена критикой, а самому Роберту пришлось долго доказывать, что он отнюдь не садист и не расист. Скорее он был похож на юного амбициозного декадента, охотно использующего экзотику, смешанную с бытовыми зарисовками и меланхолическими душеизлияниями. Три впечатлительных и мечтательных мальчика слишком серьезно относились к сумбурному явлению, называемому новой волной. Они пытались создать на базе этой музыки свое мировоззрение и некое подобие философии. Конечно, выглядело все это очень самоотверженно и наивно.
Во время одного из своих первых турне по Англии «Cure» играли вместе с готической командой «Siuoxsie & The Banshees». От эксцентричной вокалистки Сьюкси Сью ушли два музыканта, собрав свои манатки и рванувшие в Шотландию. Все концерты оказались под угрозой срыва, и тогда Роберт, выучив за пару дней все гитарные партии, отыграл весь оставшийся тур в обеих группах.
Изобилие команд, игравших гитарную волну, заставили «Cure» достаточно быстро изменить ориентацию. Они попросту побоялись затеряться в этой огромной и шумной толпе. После того, как «Cure» и ливерпульскую группу «Echo & The Bunnymen» назвали братьями-близнецами, Роберт Смит резко поменял курс. На место повизгивающей детской меланхолии пришел готический мрак и ужас. Один из самых удачных дисков «Cure» - «Pornography», записанный в 1982 году, превзошел по уровню своей ужасности и «Bauhaus», и «Joy Division», и «Swans». Он был похож на ночное бдение у свежевырытой могилы. Именно тогда Роберт начал старательно выбеливать лицо, красить глаза и губы. Из матросиков «Cure» превратились в гротескных вампиров, сошедших со страниц детских комиксов ужаса и распевающих пронзительными, как зубная боль, голосами о повешенном в саду на фоне могильных памятников.
Эта тематика недолго продержалась в репертуаре «Cure» - уж больно она была изматывающей. А пойти по стопам Яна Кертиса Роберту вовсе не хотелось. В конце концов он всегда был абсолютно психически здоров. Его единственным недостатком являлась только полнота. Добившись в восьмидесятых огромного успеха и создав уникальный стиль, который иногда называют симфо-пост-панком, «Cure» постепенно начали сбавлять обороты, что впрочем, отнюдь не говорило о творческом кризисе группы. Скорее, эта была усталость - Роберту многие годы пришлось вести тот образ жизни, который он терпеть не мог. Единственная страсть Роберта - комфорт, и именно его он был лишен во время бесконечных гастролей, студийной работы и недельных запоев с малознакомой публикой.
- Я терпеть не могу все то, что я делаю на сцене. Ненавижу все эти гастроли и концерты.
Правда, судя по поведению Роберта на этих гастролях и концертах, трудно предположить, что они отнимали у него много физических сил. Поведение Боба на сцене за прошедшие пятнадцать лет успело превратиться в легенду. Точнее, не поведение, а его полное отсутствие. Он просто стоял как вкопанный перед микрофоном, совершенно не двигаясь в течение полутора-двух часов. Единственная активность, которую Роберт себе изредка позволял, - вялые взмахи руками и унылое гримасничанье, делающего его и без того тоскливое, безрадостное лицо похожим на маску побитого клоуна. В конце концов лень настолько охватила его, что на некоторых концертах он пел сидя или даже лежа, не вставая с большого дивана, уставленного посреди сцены. Критики назвали это верхом декаденса, а самого Роберта - разжиревшим боровом.
Главная мечта Смита - это, конечно же покой, который ему уже, наверное, и не снится.
- Все, что я могу себе позволить, - это прогуляться по улицам, посидеть в ресторане или съездить к племянникам, чтобы они не забывали, что их дядя живой человек, а не лицо на плакате или в телевизоре.
Наибольший ужас на Роберта наводят фестивали, участие в которых для групп такого ранга просто обязательно.
- Мы не часто попадаем на такие сборища, но этот кошмар потом преследует меня очень долго. Сто тысяч человек, каждый из которых норовит хлопнуть тебя по плечу и спросить: «Ну, как дела, парень, что-то вас давно не было в хит-парадах!» Кроме того, на всех этих фестивалях ужасная антисанитария - одни туалеты чего стоят. Единственный фестиваль, о котором я с удовольствием вспоминаю, прошел в 1985 году. Он был посвящен музыке и поэзии: «Cure» там выступали, а оставшиеся два дня я просто валялся и балдел от того, что меня никто не узнает…
Роберт совершенно намерено не вспоминает в своих интервью об одном из самых комичных и грустных случаев, случившимся с ним в Рединге. За день до выступления его нежный желудок был отравлен какой-то недоброкачественной пищей, и он откровенно мучился несварением. Но идти в туалет он побрезговал, и «Cure» отыграли концерт с вокалистом, которого больше всего волновала одна-единственная проблема, никак не связанная с музыкой.
Последний диск «Cure», может быть, и не провалился, но и большой удачей для группы тоже не стал. Его коммерческий успех оказался очень скромным, но до этого самому Роберту нет никакого дела:
- Почему все думают, что я буду выпучив глаза стремиться попасть в этот хит-парад? Вы только взгляните, кто занимает там первые места и что за музыку они играют! Я бы, конечно, смог написать за неделю пару стопроцентных хитов, но мне этого не нужно.
Тогда почему же «Cure» продолжают? Причем не просто продолжают, но и остаются чуть ли не единственной группой, начинавшей в семидесятых и до сих пор оставшейся в рядах независимых.
- Я просто никак не могу написать хорошего текста. Наши ранние песни я даже слушать не могу, там не слова, а сплошной бред. От альбома к альбому мои стихи становятся все яснее и четче, но все равно, ни одного настоящего стихотворения мне написать пока не удалось.
Поэтому изрядно похудевший Роберт Смит не собирается распускать «Cure», не собирается уходить на столь любимый им покой. И несмотря на все заверения о том, что самое главное для него - уют и комфорт, Роберт оставляет за собой возможность немножко приврать. Ведь всем, слышавшим «Cure», не надо объяснять, что группа, после восемнадцати лет карьеры способная звучать свежо и неожиданно, наверняка владеет своим собственным рецептом для приготовления лекарства против морщин. И судя по внешности Роберта Смита и его обманчивому мрачно-ироничному взгляду, на жизнь лекарство это действует достаточно эффективно.
Опубликовано:
22 декабря 2017 г.
![](logos/rockin-rollin.gif)
|